Chronicles of Valoria: Malum discordiae

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Chronicles of Valoria: Malum discordiae » Прошлое » ... и концы - в воду [лето 731 п.В.]


... и концы - в воду [лето 731 п.В.]

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Кто: Катарина ап Валор, Гвиндор Эйравель
Когда: лето, 731 год  П.В.
Где: от Химмельхайма, обитель Святой Слезы. До королевского дворца в Вотиве.
Краткое описание событий: о чем бы инфанта не молилась в обители Святой Слезы - это явно был не престарелый муж. Путь, длиной в тысячу ли всегда начинается с одного единственного решения.

Внимание, ограничение 18+!

0

2

С головы до ног, от шнурков на кожаной куртке до каблучков кожаных сапожек, она была целиком одета в черное: практичный мужской наряд, весьма удобный для путешествия и делавший ее похожей на юношу-подростка. Но Катарине казалось, что ее заранее обрядили в траур на похоронах ее собственного будущего. Ее руки закрывали черные кожаные перчатки, и сейчас вцепилась ими в перила палубы, перегнувшись через них и вглядываясь в мутно-зеленую воду. Судно шло достаточно медленно, в паре десятков футов от берега. Пожалуй, прыгни она за борт, смогла бы доплыть до отлогой узкой песчаной полосы. А потом?
Белокурая прядь выбилась из-под сдвинутого набок берета, украшенного пером цапли, она нервно заправила ее обратно. Побег ничего не решил бы. Ей некуда бежать. Она еще сильнее сжала перила, выпрямившись: сзади послышались шаги. Что поделать, ее отлично сторожили. Разумеется, в обители за ней тоже приглядывали, но никто не навязывал своего присутствия, и она успела привыкнуть к ложному ощущению некоей свободы. Теперь ей следовало вновь вернуться к привычке постоянно думать о том, как она выглядела в чужих глазах.
- Ужин ждет Вас, мадам, - говоривший почтительно остановился в шаге за ее спиной, так что ей пришлось обернуться.
- А, это Вы, сударь, - она с удовольствием рассматривала отдавшего ей поклон мужчину: высокий, изящный, с пышной гривой пепельно-серебристых волос этот вориец был красивее многих, кого она встречала. Сколько ему? С равным успехом Эрнуру Дирхавэлю могло быть и восемнадцать, и тридцать, выглядел он юным, но взгляд, манера держаться и положение, занимаемое при адмирале Эйравеле, свидетельствовало в пользу того, что мальчишкой он точно не был, - полагаю, Вас послала леди Изабелла.
- Да, мадам, - собеседник усмехнулся, вставая рядом у перил. Катарина искоса рассматривала тонкий профиль, линию шеи, уходящую в расстегнутый ворот простой рубашки...
- О чем Вы думаете, мадам? - внезапный вопрос застал ее врасплох, и она не нашла ничего лучше, как ответить вопросом на вопрос:
- А Вы?
- Я думаю, что Вам не следует выходить замуж. Ни в коем случае.
Она взглянула на собеседника удивленно и чуть пожала плечами.
- Право решать это принадлежит моему отцу.
- Тогда я надеюсь, что Его Величество выберет для Вас в мужья совсем дряхлого старика.
Дерзость сказанного ее ошеломила, этот эльф глумился над ней что ли?! Она взглянула на него едва ли не гневно - и осеклась: он улыбался совершенно спокойно.
- Почему же? - она тоже успокоилась, даже сумела улыбнуться. Это же очевидно была шутка, разве нет?
- Вам нужен муж, который бы умер на следующее утро после свадьбы, - он взял ее руку с явным намерением проводить туда, где ее ждали дамы и ужин, но вместо этого, точно приняв решение, поднес - ах нет, не к губам - лишь коснулся лбом, точно одетые в кожу кончики пальцев обещали снять боль, - Вы восхитительны в черном, мадам, Вам следовало бы носить его всегда.
Она слабо улыбнулась.
- Как знать, возможно, Ваше пожелание и исполнится, мессир.
Ее собеседник несомненно знал о том, что сейчас мучает инфанту более всего. В конце концов, именно с ним она столкнулась, когда в слезах спускалась по трапу после разговора с адмиралом. Наверняка его адъютант, или кем он там приходился адмиралу, слышал разговор. И его попытка утешить ее, пусть и такой жестокой шуткой ее тронула.
- Вы позволите мне проводить Вас, мадам? - только теперь она поняла, что он все еще держит ее руку, но отнимать ее не стала. В конце концов, она же должна была опереться на его руку, и... Мужская рука жестко обняла ее за талию, вынуждая шагнуть вперед, через бухту каната. Вспыхнув, она отстранилась.
- Буду признательна, сударь, - она надеялась, что прозвучит сухо. Видимо, так и вышло: эльф поклонился, но попытки приблизиться больше не сделал, последовав за ней на расстоянии приличных четырех шагов. Лишь у каюты, с поклоном распахивая перед ней дверь, он коснулся ее руки, она почувствовала скользнувший в разрез перчатки квадратик сложенной бумаги - и спрятала ее за манжетом.

+4

3

Длина пути зачастую не измерялась милями или сутками. Иной путь, занимавший месяцы, пролетал так, словно был не дольше линий на ладони. А иногда и пара шагов вмещали в себя целую вечность. Жрецы по этому поводу обычно разрождались такими же длинными и путанными легендами, в которых слушатель терялся где-то еще в первой трети повествования. Что без сомнения только подтверждало древнюю как мир истину - настоящую длину пути не измерить, его можно только прожить.
Гвин смотрел на мутную речную воду и думал о том, что путь туда, не смотря на ряд трудностей, пролетел в мгновение ока. А вот путь обратно грозил растянутся надолго. Дело было вовсе не в том, что они шли по реке. И не в том, что на борту были пассажиры. И даже не в том, кем именно эти пассажиры были.
- Ужин готов, кэп.
Гвин вскинулся и слегка поморщился, он даже не заметил, как к нему подошел старпом. И оценивающе окинул старого приятеля с ног до головы.
- Ты никак уши помыл, Пэк? - старпом напыжился, силясь изобразить возмущение, - А, нет, вижу, причесался. Смотри, старый хрыч, дамы под моей защитой. Так что Единый твой свидетель, если что - по корень зарою.
В угрозе была изрядная доля шутки. Фрейлины, сопровождавшие инфанту в этом путешествии, вели себя сдержанно, по сторонам глазками не стреляли, намеками не сыпали. Впрочем, Гвин искренне подозревал, что это только сейчас, пока девы еще не охватили весь фронт работ и не назначили себе цели. Видимо, желали осмотреть товар лицом в полном составе. И первый совместный  ужин для этих целей подходил как ни когда лучше. Его офицеры уже почистили перышки, отряхнули парадные мундиры и припомнили свои титулы. Все же, гостьи у них сегодня были особенные.
Малышка "Лунная нимфа" была довольно компактным судном. На ней была капитанская каюта и кубрик, предназначавшийся для старших офицеров. Сейчас каюту отдали гостям, а в кубрике накрыли ужин. Повара везли с собой аж из столицы, выбирали самого лучшего. И тот расстарался, выжимая все, что только можно, из выданного ему рациона. Кок не просто готовил, он творил, ибо когда еще доведется заполучить в руки не солонину да вяленые продукты, а все свеженькое, парное, самое лучшее.  Запахи по палубе разливались весьма заманчивые. Даже уже накормленные и сытые матросы невольно вели носами по ветру.
- Дам пригласили?
- Да, кэп, - Пэк кивнул головой и счел нужным добавить, - Эрнур вызвался передать приглашение в самых изысканных выражениях.
Гвиндор о чем то на секунду задумался, словно что-то прикидывал, кинул последний взгляд на воду. И развернулся в сторону кубрика.
- Пойдем. Негоже заставлять гостей ждать.

После приветственной речи и представления всех офицеров, Гвиндор почти с облегчением опустился на свой стул. Инфанта явно злилась, ее фрейлины держались насторожено, его экипаж косился на своего капитана, стараясь уловить общий настрой. И только Эрнур, казалось, ни чего не замечал. Гвин не особо следил за действиями своего адъютанта. Или так казалось. Тот устроился рядом с принцессой и взял на себя обязанности ее виночерпия, совершенно задвинув при этом пажа. Мальчик зажался в угол и растерялся, не очень понимая, что ему теперь делать. Капитан посмотрел на Пэка. И медленно перевел взгляд на пажа. Теперь можно было не сомневаться, что даже увлеченный разговором с леди Вандом ("...зовите меня леди Изабелла, какой у вам милый акцент...") Пэк присмотрит за пацаненком, и тот не уйдет спать голодным.
Одна смена блюда. Вторая. Обычно, они ужинали куда проще. Но дамы сегодня явно скрашивали их общество. Даже боцман, в миру вообще-то бывший бароном, но на борту выражавшийся так, что даже древесина стыдливо краснела, сегодня сыпал изящными комплиментами и трогательно ухаживал за своей соседкой.  Гвин на правах хозяина отслеживал и направлял разговор, то предлагая тему для обсуждения, то замолкая, и не мешая беседе течь самостоятельно. За дамами ухаживали наперебой. Разве что место рядом с инфантой прочно и единолично занял Эрнур. Но стол был не на столько большим, чтобы в упор не замечать его манеры, поведение. Да и намерения тоже.
Гвин дождался третьей смены блюд и повернулся к инфанте. Адъютант уже потянулся за графином вина, но Гвиндор успел первым.
- Это - черная эльфийская лоза, Ваше Высочество, - вино, наливаемое в кубок, и правда было почти черным, лишь изредка в нем проскакивали рубиновые отсветы, - Попробуйте, возможно, оно вам придется по вкусу. Оно не кислое, и лишено той жесткой терпкости, которую обычно так любят превозносить виноделы. Как вы устроились на борту? Все ли вас устраивает? Быть может, вам требуется для удобства что-то еще?

+3

4

- Благодарю, мой лорд, Ваша лунная леди превыше всяких похвал, - она почти с благодарностью взглянула на друга отца, позволившему ей вырваться наконец из плена зеленых искрящихся глаз сидевшего справа Дирхавэля. Нет, видит Высший, он не делал и попытки перейти грань приличия и, желая, казалось, лишь развлечь ее, расточал то колкости, то комплименты. Но эти глаза, эта улыбка, мимолетное прикосновение - даже не рук, лишь рукава к рукаву, временами понижавшийся до теплого, ласкающего шепота голос... Девственнице, не знающей всей правды о тьме, живущей в мыслях мужчин, довольно и такой малости: она чувствовала, что задыхается в своем туго зашнурованном корсаже, а губы пересыхают, когда он наклонялся, спрашивая о чем-то или передавая стакан с водой - так близко, что она могла рассмотреть каждый завиток серебряного шитья на его одежде и чувствовала запах его волос.
- Удивительный цвет, - она с детским восхищением рассматривала бокал, поворачивая его, - и удивительный вкус, - весь вечер избегавшая вина, она не посмела на этот раз отказаться и осторожно пригубила. Вкус действительно был мягким, сладким, но не приторным, и она с удовольствием сделала еще один большой глоток.
- Будьте осторожны, моя госпожа, - негромко предупредил сидевший рядом, - это коварный напиток.
- В самом деле? - опасаясь встретиться взглядом с зеленоглазым Дирхавэлем, она смотрела на сидевшего напротив адмирала, - и в чем его коварство?
- Оно, как жестокая возлюбленная, распаляет кровь и заставляет терять голову, но оставляет лишь горечь... как любое несбыточное желание, - последние слова прозвучали почти беззвучно, она скорее угадала их, чем услышала. Совершенно без задней мысли она облизнула губы - горечи не было. Глубокий вздох справа заставил ее невольно повернуть голову: зеленоглазый эльф смотрел на ее губы - и взгляд его был таким жадным, что она сама задохнулась, торопливо опустив голову, чтобы никто не заметил запылавших щек.

+3

5

- Адмирал? - ему, на правах хозяина сегодняшнего вечера, пришлось отвлечься. Леди Милена, до этого безраздельно владевшая вниманием  Пэка и лоцмана, теперь переключилась на него. Лоцман, моложавый красавчик неопределенного возраста, как, впрочем, и практически все эльфы,  занервничал. Селвен был любителем пышных форм. А так как самые пышные формы встречались в основном среди людей, то слыл он эльфом с причудами. Впрочем, леди Милена была дамой в теле, без намека на уродующие объемы. - Я слышала, по этой реке опасно плавать. Вроде бы, тут в воде водятся всякие чудовища.
- Слухи как всегда преувеличены. Но если вы хотите послушать правдивых историй, то вам повезло. Лучшего рассказчика, чем господин Селвен вам и не сыскать.
- Неужели? - в голосе придворной дамы явно проскользнули оценивающие нотки. А сама она вновь повернулась к своему соседу, - И что же вы нам поведаете? Учтите, мы желаем сегодня послушать самые захватывающие истории.
Гвин спокойно изучал компанию, собравшуюся за столом. Взгляд его особо ни на ком не задерживался. лишь раз, словно споткнулся о другой взгляд. Светлый. острый, с насмешкой. Адъютант передернул плечами и слегка отодвинулся от инфанты.
Еще одна перемена блюд. Его офицеры держались изо всех сил. дамы слегка оттаяли. Все же, это был не дворцовый прием, а почти что  частный ужин в обществе доброжелательно настроенных людей и эльфов. Тут можно было позволить себе чуточку больше. Гвин тяжелым взглядом снова уставился на Эрнура. Тот с видимой неохотой сел ровнее, перестав нависать над девушкой. А Гвин досадовал на себя - ведь знал же, что с новым адъютантом будут проблемы. Правда, ни кто не мог предугадать, что выльются они таким образом. Неповиновение, заносчивость, избыток мозгов и полное нежелание ими пользоваться. не лучший комплект для моряка. Что ж, придется разобраться раньше, чем хотелось бы. Гвин сделал себе мысленную пометку и отвлекся на очередной вопрос фрейлины.
- Нет, команда сегодня переночует на берегу, - на судне просто не было больше места, чтобы разместить прорву оживившихся мужиков. имеющих планы на близкое знакомство. Нет, Гвин радел вовсе не за дамскую честь,  как могло бы показаться на первый взгляд. Но когда дам пара штук, а мужиков - в десять раз больше, то тут недалеко до разборок. Или до борделя. Ни то, ни другое ему на борту не было нужно. Поэтмоу сейчас матросы уже обустраивали стоянку на берегу. - Но волноваться не о чем, на судне останется охрана. Надеюсь, вам удобно в каюте? Ваше Высочество? не желаете прогуляться перед сном?

+3

6

- Прогуляться? - она удивленно вскинула взгляд от тарелки, которую сосредоточенно рассматривала последнюю четверть часа. Нет, чеканка была определенно хороша, хотя и не настолько, чтобы уделять ей столько внимания, но это позволяло сосредоточиться, к тому же выглядело это созерцание исключительно благопристойно для стороннего зрителя.
- Это было бы чудесно, - совершенно искренне ответила она. От пары глотков вина ее лицо горело, мысли путались - только ли от вина? Но она была искренне рада, что на некоторое время ее страхи ослабели, а чувство обреченности отступило. Именно - на некоторое время.
- Давайте же прогуляемся, милорд, - в конце концов, она была первой из дам в этом маленьком кругу и имела право сама выбрать себе кавалера для прогулки. И ей следовало уделить больше внимания не прекрасному лорду справа, а тому, кто мог быть ей полезен: не следовало забывать, что адмирал Эйравель - добрый друг ее отца. Если у королей вообще бывают друзья.
Она поднялась, вынуждая остальных подняться за ней. Не беда, голод был утолен, вина выпили довольно, а выслушать истории, оставшиеся недосказанными можно и на ходу.
Вставая, она слегка обернулась к кавалеру справа - и была удостоена взгляда скорее гневного, чем печального. Наказывая саму себя, она опустила глаза, расправляя заломившуюся складку на рукаве, но знала, что опоздала: встретившись взглядом с сиянием зеленых глаз, она призналась, сама того не желая, в своем поражении, и ее зеленоглазый лорд понял это.

+3

7

Дамы премило щебетали, кавалеры были галантны. Все были при деле. Фрейлины откровенно радовались возможности вырваться из монастыря. Его ребята радовались возможности слегка развлечься и размяться. Они спустились с мостков, что само по себе было развлечением. Конструкция вовсе не была шаткой, но разве можно отказать себе в удовольствии протянуть даме руку, аккуратно поддержать ее, подхватить, если вдруг дама оступиться, придержать за талию на мгновение дольше, чем это сочли бы приличным почтенные матроны. Хорошо, что матрон тут нет. Только галантные кавалеры. Это была извечная игра, о которой все знали, но мало кто говорил. Играть можно, рассказывать правила - не прилично. Как по мнению Гвина, так полная глупость.
Дам проводили до костра, со стороны показали их корабль. Пэк повеселил общество парой баек о бурной жизни на морских просторах. Впрочем, байки были приличные. Относительно всех тех, что он любил рассказывать юнгам. Еще бы, юнгам было не слишком полезно забивать голову пиратами, романтикой, ветром в лицо, страстной любовью и щедрыми дарами возлюбленной. Дамам учебный момент был сугубо безразличен, а рассказывал Пэк красиво.
Гвин отступил в сторону. Еще у мостков он хотел протянуть руку инфанте, но его опередил Дирхавэл. И теперь он отвел свою даму чуть в сторону. Не на столько, чтобы это вызывало пересуды, но и разговор их было не слышно от костра. А что разговор был, Гвин не сомневался. Потому что Эрнур смотрел на него по верх светловолосой девичьей головки чуть насмешливо, с явным превосходством. И Гвина передергивало. Никто не должен был так смотреть, стоя рядом с ней. Тем более Дирхавэл.
Дамы, заслышав трели соловья, пожелали осмотреть заводь поблизости. Добираться туда пришлось в полумраке, что породило новую волну веселья. Хорошо еще, что она была совсем рядом, костер,в округ которого устроились моряки, ярко освещал все пространство вплоть до воды.
- Ой, а кувшинки? Кувшинки тут есть? - леди Изабелла позабыла о том, что она - очень важная и чинная дама, превращаясь на мгновение в любопытную девочку.
Гвин отвлекся, нашел глазами инфанту и, игнорируя явное недовольство Эрнура, подошел ближе.
- Ваше Высочество, вам не холодно? - пусть дни и были теплыми, но с воды явственно тянуло прохладой. Так что вопрос вовсе не был праздным, - Эрнур вас не беспокоит?

+2

8

- Благодарю, мой лорд, нисколько, - это "нисколько" равным образом могло относиться и к вопросу о вечерней прохладе, и к вопросу о беспокойстве, которое мог причинить ей стоявший подле зеленоглазый эльфийский лорд. Катарина прекрасно заметила полный неудовольствия взгляд Его Превосходительства за ужином, и холодность его тона сейчас. Чувствуя за собой некоторую вину, она, как любая женщина, сочла лучшим способом защиты перейти в нападение, и потому говорила с нервной веселостью, почти дерзко улыбаясь. Друг ее отца? Тем лучше. Кто он ни был, лорд Эйравель не имел права читать ей нотации. И смотреть на нее с таким осуждением. Потому что он сам виноват во всем, вот. Он должен был с самого начала оградить ее от общества своего адъютанта. Потому что отец ему поручил ее. А он позволил зеленоглазому красавцу, завоевывать ее - как занимают город оккупанты, дом за домом, квартал за кварталом, так что еще немного, и она сдастся на милость победителя.
- Признания лорда Дирхавэля... - скулы Дирхавэля слегка порозовели, слово "признания" смутили его, как Катарина и предположила, - позволили мне узнать, что он не только поэт, но и владеет лютней. Позвольте, мой лорд, ему спеть, поскольку он утверждает, что Вы не одобряете его музыкальных упражнений.
Ее рука легла на рукав адмирала: пусть он с хорошо отыгранной суровостью уклоняется от ее прикосновений - а то, что адмирал, видимо, в силу презрения к женскому полу, держался весьма холодно, было очевидно - ее роль маленькой принцессы позволяла ей дразнить его.
- Вы же позволите? - она почти умоляюще подалась вперед, прекрасно сознавая, что дразнит она разом обоих мужчин: Эрнура, ревниво наблюдавшего за тем, как принцесса льнет к его командиру, и адмирала, явно способного угадать за действиями ребенка кокетство юной женщины.

+2

9

Гвин следка успокоился. После их разговора днем, девушка выглядела разозленной, нервной, чуть подавленной. Ее не просто не устраивал грядущий брак, она была в бешенстве. Пока Гвин был в столице, его вся эта ситуация не особо задевала, инфанту он в последний раз видел пару лет назад, если не больше. И тогда это была милая, серьезная девочка, как ни странно, почти не любившая сладкое, но очень серьезно относящаяся к тому, что она - принцесса. Он ей привозил мелкие подарки, рассказывал о дальних странах. Но до сих пор воспринимал именно как ребенка. Обнаружить вместо улыбчивой милой девочки молодую девушку было немного странно. Словно бы они и не были знакомы до этого. Признания Гвин не ждал, тем более, что привез для нее дурные вести.
Катарина улыбалась. И даже в темноте ее улыбка сияла.
А за ее плечом тенью застыл Эрнур.
- Как я могу запрещать что-то такой ночью. Уверен, что лорд Дирхавэль поет не хуже соловьев.
Адъютант шагнул ближе к свету. В голосе его не было и намека на неудовольствие. Напротив, он был сама галантность и вежливость.
- Капитан, уверяю вас, дома я лучший из певцов. Я выиграл состязание певцов в прошлом году в Роде Денеид, - и Эрнур порывисто повернулся к принцессе, склонив голову ровно настолько, чтобы заглянуть ей глаза в глаза, - Для вас, Ваше Высочество, я спою свои лучшие песни.
Лютня нашлась быстро. Дам устроили на поваленных деревьях, в центре устроился Эрнур. Гвин, пользуясь тем. что все поглощены ожиданием обещенного волшебного пения, отступил в тень, и оказался ровно за спиной инфанты. А певец расправил свои одеяния, откашлялся и провел рукой по струнам.
- О, благороднейшие из слушателей, позвольте исполнить в вашу честь древнюю эльфийскую балладу о любви одинокого рыцаря к прекрасной даме.
И развернулся лицом к принцессе, на мгновение взгляд задержался на Гвине. Что сказать, голос у лорда Дирхавэля действительно был чарующий. Он пел, и слушатели словно погружались вместе с ним в давнюю историю о моряке, отправившимся за дальние моря, в неведомые земли за даром, который мог бы исцелить его возлюбленную. Они вместе с героем ступали на мокрый песок диких земель, продирались сквозь джунгли, сражались с монстрами. Герой все время вспоминал свою возлюбленную. С ее именем на устах он совершал подвиг за подвигом, преодолевал все преграды, ее именем назвал открытый остров. И, найдя чудо-цветок, вернулся с триумфом домой. Чтобы спасти королеву своего сердца. Заканчивалась песня звоном колоколов и венчальными клятвами. А так же, аплодисментами благодарных слушателей.
- Хорошо поешь, - Пэк щедро и вполне по-дружески хлопнул Эрнура по плечу и тряхнул гривой волос.
- действительно, лорд Дирхавэль, не зря вас признали лучшем певцом, - дамы окружили опустившего лютню адъютанта, тот изобразил польщенную улыбку и благодарно кивал.
- Да ладно, - Пэк внезапно решил восстановить справедливость, - это потому что нашего капитана там не было. А то бы он выиграл. Верно вам говорю.
Гвин сделал вид, что ни чего не слышал, но взгляд, доставшийся помощнику, был полон укоризны.
- Ой, спойте. адмирал, - леди Изабелла на правах старшей из дам, решила выступить парламентером.
- Да, капитан, спойте, - Пэк хитро щурился, протягивая отобранную у Эрнура лютню. Адъютант поджал губы, но тень недовольства исчезла с его лица, едва появившись.
- Да, капитан, я бы тоже хотел послушать. Говорят, вы тоже побеждали в песенном поединке?
А то он не знал. Гвин решительно дернул головой, но  отказ, уже готовый сорваться с языка, умер, так и не прозвучав. Потому что на Гвина смотрела принцесса. И ему пришлось встряхнуться, чтобы вернуться к реальности.
- Хорошо, - он протянул руку, забирая лютню у Пэка и устроился прямо рядом с принцессой.
Инструмент откликнулся тихим ровным звуком, легко вибрируя под пальцами. Гвинн провел пальцами по ладам. И взял первый аккорд. Его песня тоже была о любви. О море. Но в ней не было ни слово о земле, только вода, только воздух. Море распахивало свои объятья, качало на волнах, укрывало тишиной, вселяло спокойствие. Оно было величаво, безгранично, могущественно. Оно карало и вознаграждало, ценило по делам, спрашивало строго, но и отдавало щедро. А голос, что вел об этом рассказ, лился по поляне, то вздымался, словно буря, то утихал и журчал, подобно ручью. А море принимало своих детей, давало им защиту и пищу. Встречало при рождении и принимало в свои объятия после смерти. И голос благодарил море за все то, что оно дает своим детям, благодарил от всего сердца и рассказывал о том, что море он будет любить вечно. Дольше, чем стоят горы. Дольше, чем светит солнце. Дольше, чем он сам живет. Потому что море подобно времени. Море вечно. И однажды они будут едины. А пока, пусть море катит свои волны. А поющий будет жить своей жизнью. Потому он - всего лишь песчинка на берегу. И голос замолк вместе с последней накатившей на берег волной.

+2

10

Ей хотелось расплакаться. Странным образом последняя баллада напомнила ей, что она не увидит моря. А если увидит - то не как государыня, а лишь как груз, перевозимый от одного господина к другому. Певец сидел к ней достаточно близко, чтобы она чувствовала тепло его тела и прикосновение рукава. Но близость мужчины перестала ее волновать - лишь раздражала.
- Здесь прохладно, - она повернулась к стоявшему за ее плечом Дирхавэля, - милорд, не принесете ли нам накидки, леди Изабелла даст Вам ключ от каюты. И поторопитесь, - она нервно рассмеялась в след уходящему молодому человеку и обхватила руками плечи, пытаясь сдержать дрожь.
Дирхавэль обернулся в пару минут. Когда он с поклоном набросил на плечи инфанты ее короткий плащ, подбитый черным мехом, она почувствовала, как звякнуло что-то в кармане. Стараясь не привлекать внимания, она запустила руку в карман и изучила предмет. Ключ. Весьма простой формы. Завернутый в тонкую ткань. Она бросила на Эрнура вопросительный взгляд, тот наклонил голову. Инфанта задумалась. Она не вполне понимала, что за ключ передал ей зеленоглазый лорд, и что ей следует с ним делать. Впрочем, все должно было объясниться в свое время.
- Спойте еще, милорд, - она взглянула на все еще сидевшего рядом адмирала, и это прозвучало совсем не просьбой.

+2

11

- Да, спойте, спойте.
Дам было не так много, но когда они начинали щебетать все вместе, то казалось, что вокруг кружится стайка птах, возвещая скорый приход весны. Гвин внимательно посмотрел на принцессу. Та зябко куталась в меха, и он кивнул Пэку.
- В таком случае, подай нашим гостьям подогретое вино. И не говори, что у вас его нет.
- Как не быть, капитан, разумеется, есть чуток, - и прихватил за запястье Эрнура, - Пойдем, поможешь.
Гвин тихо перебирал струны, размышляя о том. какую бы балладу исполнить. а дамы тем временем снова расселись по своим местам. Пэк обернулся почти мгновенно. Впрочем, в этом и не стоило сомневаться. Слегка подогретое легкое летнее вино было слегка газированным, отдавало карамелью и медом, практически не пьянило, но поданное со специями, приятно скрашивало вечера. И матросы наверняка поставили котелок к огню, дожидаясь, когда к ним присоединяться остальные после ужина.
Гвин мимолетно коснулся руки инфанты, накрыв зябнущие пальцы.
- Вы действительно замерзли, Ваше Высочество. Возьмите бокал, это вас согреет. А я постараюсь, чтобы от следующей песни было тепло.
Он на мгновение замер, хотя следующую балладу уже выбрал. А потом тронул струны. И в небе внезапно запел жаворонок. Жаворонок, восход, вересковые пустоши, вдали на берег набегали волны, но здесь, выше, первый цветок открывался навстречу солнцу. Старая песня. которую пели все, восхваляя восход и весну. Ей приветствовали вернувшихся домой моряков. С нее начинали любой праздник. Она звучала и во дворцах, и в лачугах. Ее слова знал любой эльф. Чуть проказливая, веселая, задорная, она разливалась по поляне, заставляя невольно отбивать такт и пытаться подпевать. Потому что эта песня была из тех, слова которых, казалось ты знаешь, помнишь, слышал когда-то в детстве, но просто забыл. И вот-вот, еще чуть-чуть, и ты вспомнишь припев, а пока можно и так, тихо, себе под нос, подхватывая слово здесь, ритм там. Песня кружила, восхваляя солнце и даря тепло, ласково окутывала, вызывая невольную улыбку на лице. Постепенно остальные эльфы тоже оживились и принялись подпевать. И в итоге, финальные строки куплета пели уже все вместе.
Гвин прижал лады, гася последний звук, и поднял глаза на принцессу.

+2

12

- Благодарю, - она протянула руку за кубком, их пальцы снова соприкоснулись, она, улыбнувшись, обняла ладонями теплый металл кубка, пытаясь успокоиться. Вино пахло медом и карамелью, какими-то пряностями, должно быть с островов. Она уже хотела поднести кубок к губам, когда встретилась глазами с умоляющим зеленым взглядом. Эльфийский лорд, глядя ей в глаза, покачал головой и демонстративно (благо, он стоял за спинами своих приятелей) отвел руку и разжал пальцы, позволяя своему кубку упасть в траву.
Она не должна пить этого вина? Катарина с подозрением взглянула на кубок в собственной руке, потом незаметно огляделась. Вином обнесли всех, и дам, и офицеров. Лишь Дирхавэль не прикоснулся к нему. И просил ее не делать того же.
Вряд ли он отравил всех, включая собственный экипаж и пару ни в чем не повинных женщин. Чего бы ради? Будь она постарше, она ответила бы себе без колебания: "Ради того, чтобы завладеть мной". И дело было бы даже не в вожделении. Дочь короля, она была бы завидной добычей удачливого шпиона или просто честолюбца.
Но пока она еще не привыкла думать об окружающих плохо. Настолько плохо.
Потому опустила руки с кубком на колени, не спуская глаз с Дирхавэля. Он кивнул, кажется, обрадованный тем, что она его поняла. Оглянувшись и убедившись, что на него смотрят, он наклонил голову на бок, опустив ее на ладонь.
Сон... спящий... снотворное!.. вот, что было в вине! Похоже, лорд Дирхавэль нисколько не колебался, намереваясь добиться встречи и устранить все возможные помехи. Катарина усмехнулась, продолжая греть пальцы о серебро кубка.

+1


Вы здесь » Chronicles of Valoria: Malum discordiae » Прошлое » ... и концы - в воду [лето 731 п.В.]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC